До знакомства с работами академика Н.В. Левашова я и сам искренне верил тому, что вещает православная церковь. Причём, не просто регулярно посещал храм, но, в отличие от многих, был также постоянным читателем Ижевской епархиальной библиотеки. Так что, за несколько лет данную тему узнал достаточно хорошо.
Тогда при изучении истории православной церкви, меня удивил тот факт, что святых (в том числе и местночтимых) в Прикамье достаточно мало. Среди них особо выделялся Стефан Великопермский. В отличие от остальных, ему одному приписывались чудотворения при жизни и звание равноапостольного. Сообщалось что он вступал в противостояние с местными идолами, жрецами и побеждал их «с божьей помощью».
Этот яркий образ хорошо запоминается. Каково же было удивление, когда мне стала доступна книга «Святитель Стефан Великопермский», под авторством Протоирея Е. Попова, изданная в Перми в 1885 г. (далее – «старое житие»). Создан был этот труд на основании рукописи некого Епифания, и был интересен мне в первую очередь, как кладезь случайных ссылок на государство Великая Пермь. Ведь мало кто замечает, особенно из верующих, что Стефан зовётся не Великим Пермским, а именно Великопермским.
Книга пестрила неожиданными подробностями и интересными фактами. Для того, чтобы увидеть, как церковью создавалась иллюзия святости, я приведу здесь сравнения между выдержками из вышеуказанной старой книги и другой, современной, которая называется «Все святые молите Бога о нас. Чудеса и краткие жития всех святых», издательство «Сибирская благозвонница», 2004 г. (далее – «новое житие»).
Эта современная книга имеет объём в 821 страницу и является, хотя и краткой, но достаточно доступной для верующих. Полные же описания житий святых составляют многие тома, и их мало кто читает.
Итак, «новое житие» гласит: «…св. Стефан решил осуществить своё давнее намерение – просветить светом Христовой веры язычников-зырян. Он создал для них письменность и перевёл на зырянский язык богослужебные книги и частично Св. Писание».
А вот в «старом житии» написано: «Стефан составляет для жителей «этой страны Перми», в которой не было в то время никакой грамотности, азбуку. По обыкновению если новокрещёному народу передавалась азбука, то туда добавлялись особые буквы из языка некрещёных. Так и св. Стефан для составления зырянской азбуки пользуется денежными значками у зырян, которые зыряне вырезали на тонких четвероугольных палочках (пасы) и которые служили им вместо книг, понятных только им одним (было это в 1375 г., – авт.). Даже и теперь ещё не вывелись из употребления у Зырян «пасы». Пасами они делают годовые расчёты и приметы минувшего года в хозяйственном отношении».
И в том же месте: «Грамота редкость в России в то время. Случалось лица и государственные едва могли подписывать своё имя. Зачастую и духовенство не знало больше начальной грамоты».
Вот это называется – просвещение тёмных народов! Судя по всему, пермяки, (нынешние «коми») в 14 веке были достаточно грамотны, и сохранили элементы этой грамотности аж до 19 века. Оговорка о необразованности государственных чиновников и церковников в России того времени, тоже говорит не в пользу Стефана и его «света Христовой веры».
Очевидно, что «Пасы» у коми по своему употреблению имеют значение именно письменности. Ведь последовательность меток нельзя считать книгой. И если простыми метками можно производить вычисления, то самыми грамотными счетоводами следует признать собак и кошек. Те свои «годовые расчёты» на каждом столбе оставляют. Жаль профессор Валерий Алексеевич Чудинов до фино-угорских «пасов» пока не добрался. Они местами поразительно на руницу походят.
Неудивительно, что современные авторы-корректоры не обмолвились об этих неудобных фактах ни словом.
Дальше в новом житии читаем: «Сопровождаемый трудностями и опасностями продвигался святой в глубь Пермской земли, убеждая словом, сокрушая идолов и кумирни».
Интересно, а что за трудности и опасности сопровождали нашего героя в пути. Наверное, разбойники и людоеды-дикари? Оказывается, нет! Встречали его по всем законам гостеприимства, край был населённый и обжитой. А трудности Стефана всегда происходили от его навязчивой миссионерской деятельности, тесно связанной с более полным, духовным закабалением пермян.
В «старом житии» об этом сказано так: «Великий же князь Ростовский видел в его (Стефана, – авт.) решимости лучшее будущее Перми в гражданском отношении, как вместе с тем приобретение всему русскому царству нового и богатого края. Поэтому со своей стороны наделил его охранной грамотой против обид ему в дальней стране».
Грамота эта видимо имела немалую силу, потому как убеждала зырян-язычников гораздо сильнее божьего слова. Это становится очевидным при описании первого же эпизода крещения, когда наш проповедник пришёл в ближайшее зырянское селение и сходу заявил, что старых богов надо уничтожить.
Местные жители, видимо, представляли во что им выльется такое крещение и гостеприимство тут же отступило на второй план. В старом житии это описывается так: «И – вот уже Стефан был окутан соломой! Но вдруг опустились у всех руки: никто не посмел подойти к нему с зажжённой лучиной (видимо в этот момент и была предъявлена охранная грамота, – авт.). Его кроткий вид его бесстрашие в виду смерти, а также опасение ответственности за насильственную ему смерть перед княжеством московским, вразумили неистовых…».
Так вот, это было первое «ЧУДО» Стефана Великопермского! При описании данного «чуда» теперь, охранная грамота редко упоминается. Упор делается на бесстрашие и кроткий вид святителя. Ну да ладно, не будем слишком строги к нему. Первый блин комом. Может быть, дальше святой дух проявит себя сильнее, чем княжеские угрозы.
Стефан продолжал досаждать жителям окрестных селений назойливыми предложениями креститься. Везде, как путник, он пользовался зырянским радушием и гостеприимством, пугая затем пермяков своими миссионерскими речами, и не забывая помахать заветной грамотой, например: «…он приветствовал собрание такою речью, что пришёл к ним проповедать истинного Бога, что от души желает каждому из них счастья и спасения, что о путешествиях его среди их знает и великий князь московский, от которого он даже имеет на это грамоту… Обратившихся (вероятно слабонервных, – авт.) он крестил, а людям упорным угрожал вечной погибелью, и снова убеждал их познать истину».
Видя что его боятся убить, но зыряне так и не спешат креститься, Стефан стал сильно злоупотреблять гостеприимством. В частности, в очередном селении он поджёг кумирницу, которую почитала вся округа: «Стал он выжидать время, когда бы не было никого из зырян у кумирницы. Настало такое время, и вот он подложил под неё огня. Кумирница (она была деревянная ) тотчас запылала…
Сбежались люди. Стефан не прячется. И опять никто не делает ему решительного удара. Одни останавливались такой мыслью: как поднять руки на того, кого и боги не посмели тронуть? Других сдерживал местный обычай не нападать на странника, коли он сам не начинает боя. Третьи опасались казни от князя московского. На этот раз более всего боялись жрецы; потому что на них преимущественно пала бы ответственность за жизнь святого проповедника. Жрецам и желательно было только изгнать его из Перми».
Но современные православные писатели, конечно, считают, что «дикарей» напугало и вразумило бесстрашие святителя и бессилие старых богов. Это было второе «ЧУДО» Стефана и проявление через него «божьей благодати»!
Есть и третий чудесный подвиг. Хотя в цитируемом новом житии этот момент и сократили, но он достаточно известен из других церковных источников. Срубление Стефаном прокудливой (проказливой) берёзы. Этот подвиг очень интересен тем, как автор старого жития рассказывает о пророчествах, творимых берёзой, тут же обвиняя местных жрецов в подлоге. Дескать, это не дерево говорило, и даже не бесы, а жрецы, прятавшиеся в ветвях ради поддержки берёзового авторитета.
Итак, Стефан продолжал испытывать терпение пермяков: «…он и здесь пришёл к мысли уничтожить идола… Стефан в одно утро и приступил с топором к обоготворяемому дереву… На третий день поддалось дерево».
Разные церковные предания беззастенчиво гласят о том, что недорубленная берёза к утру зарастала, и Стефану приходилось всё начинать заново, однако старое житие ничего такого не говорит. Просто ствол у берёзы был в три обхвата, и всё. Напротив, в языческом фольклоре есть истории о недорубленном и зарастающем к утру мировом дереве. Это образы грядущей гибели мироздания, и они никакого отношения к Стефану не имеют, поскольку намного древнее 14 века.
Однако, тут же в «старом житии» говорится, что срубаемая Стефаном берёза просила его на разные голоса не делать этого. Интересно, не ушиблись ли при падении срубленного дерева хитрые жрецы, судя по подозрениям автора старого жития, предостерегавшие 3 дня из ветвей, пока святитель топором махал.
И на этот раз Стефана защитила от негодования зырян надёжная «крыша» в лице Московского князя. Но в этом подвиге нынешние православные сказочники делают упор именно на чудесные свойства берёзы, подчёркивая этим самым, как «божья благодать» действовала через святителя и помогала ему в противостоянии с языческим волшебством. Впрочем, если здесь и было чудо, то оно исходило точно не от Стефана, и даже не от Бога, а от языческой берёзы.
Венцом же апостольской деятельности Стефана, а равно и его главным чудом, считается состязание святителя с зырянским жрецом Памом-сотником. По условиям состязания необходимо было с божьей помощью войти в горящую избу (а всё-таки не в землянках в прикамье в 13 веке жили, – авт.), а затем пройти через реку из одной проруби в другую подо льдом.
До льда дело так и не дошло, а вот с огнём интересная штука вышла. В новом житии сказано: «Смиренный инок помолившись пошёл в огонь, предложив и Паме следовать за ним, но кудесник отступил. Святой вышел из огня невредим».
Вот это чудо, так чудо! Я ту историю хорошо помнил, и с волнением ожидал, как об этом поведает старое житие. Дохожу до момента, когда Стефану пора идти в огонь и читаю:
«Стефан обратился к Паме и сказал: “Теперь пойдём же вместе, взявшись об руку как условились”. Пама увидел перед собой могилу и стал отступать назад. Стефан крепко схватывает его за одежду и влечёт его к огню. Уже оба они довольно отделились от народа и приблизились к пылающему костру. Пама упирается изо всей силы, ищет за что бы ухватиться и падает на землю. Весь народ взволновался: все требовали, чтоб кудесник шёл в огонь, как было решено.
Св. Стефан голосом обличителя говорит к нему: “Ведь сам же ты хотел искусить живого Бога требованием чуда, сам поставил это условие для испытания веры: за чем теперь отказываешься и хочешь бежать”? Пама изменил своей гордости, пал к ногам человека Божия и сознался перед всеми, что хотел только запугать Стефана, что в самом деле боится идти в огонь, в котором сгорит, как сено или как горсть соломы.
Стефан ещё сказал ему: “Если не в огонь, то пойдём хоть в прорубь”. Пама отказался и от другой верной могилы. После всего этого Св. Стефан спрашивает его: “Теперь ты побеждён; хочешь ли уверовать во Христа и креститься”? Пама упорно ответил: “Нет не хочу”».
Вот и всё! Никто не входил в огонь и не выходил!
Нет, сцена конечно драматичная, слов нет, но чуда-таки не было! Значит, современная освящённая книга, изданная тиражом 5000 экземпляров, купленная мной лично в церковной лавке, осенённая благословением архиепископа Тернопольского и Кременецкого Сергия, откровенно ВРЁТ! Такое может пошатнуть веру.
Таким образом, по сообщению «старого жития» Стефан крестил за 3 года всего от 700 до 1000 человек. Почему считается, что он окрестил Великую Пермь, непонятно. Ведь и потом до самой смерти святителя количество новообращённых несущественно увеличивалось. Напомню, что территория государства Великая Пермь во времена его расцвета была сопоставима с Европой, но и в 13 веке, оно всё ещё было значительно больше бассейна реки Вычегды, где орудовал святитель.
За какие же заслуги его превозносят?
Заслуги становятся понятны, если сравнить жизнь зырян до и после деятельности Стефана. На момент крещения зыряне жили вполне самодостаточно в культурном и экономическом отношении. Они были свободными людьми, имели своё княжение, лишь были принуждены платить подати Московскому князю. Ну и что? В своё время Византия платила дань Киевской Руси.
В «старом житии» говорится: «Стефану никто не сопутствовал, так как «велик был страх у всех пойти к идолопоклонникам и среди них странствовать (вероятно, имелось в виду проповедовать, вспомните зырянские законы гостеприимства, – авт.)». Правда, у них жили же московские чиновники для сбора податей; но те и знали одно дело – собирать подати, а не касались веры туземцев».
Нельзя не заметить, что зыряне весьма опасались вооружённой карательной экспедиции со стороны Московского княжества. Причиной этому были недавние военные походы удельного московского князя Ивана Калиты в северо-восточные земли. Достоверно известно, что он обложил данью область северной Двины в 1337 г., и распоряжался землями на Печоре. Было это как раз лет за 30-40 до Стефановой проповеди. Не исключено, что многие зыряне, жившие и на Вычегде, ещё помнили остроту княжеских мечей.
А вот что произошло после: «Князь московский пожертвовал Стефану в качестве вотчины всю Усть-вымскую волость с её богатыми пашнями и лугами, предоставил его волости право беспошлинной торговли в своём месте и ему же отдал ту торговую дань, которая собиралась с купцов и промышленников, приезжавших в Пермь, и которая должна бы поступать в казну великокняжескую, наконец – предоставил ему особенные преимущества при управлении епархией в делах судных».
Проще можно выразиться так: «Что крестил – то твоё. Бери и распоряжайся, как хочешь». И зыряне, которым не повезло там жить, стали подневольными. Ведь по определению, вотчина – это земельное владение, принадлежащее феодалу потомственно (от слова «отец») с правом продажи, залога, дарения. Вотчина составляла комплекс, состоящий из земельной собственности (земли, построек и инвентаря) и прав на зависимых крестьян. Не зря пермяки креститься не хотели.
А вы бы как реагировали на их месте?
Вот в чём главная «заслуга» Стефана Великопермского! Он не побоялся пройти по грани и нахрапом, под угрозой военного вмешательства духовно закабалить пусть часть, но Великой Перми. Потом за ним пришли другие. Чудесами здесь и не пахнет, а вот талантов много надо иметь. Достойный продолжатель традиций греческой религии.
Нынешним жителям Прикамья жизненно необходимо понимать, кто совершил перелом в их духовном и физическом порабощении. В день Св. Стефана Великопермского, отмечаемый церковью 9 мая, нам надо помнить об этом...
Источник:
